Неточные совпадения
По осени у
старогоКакая-то глубокая
На шее рана сделалась,
Он трудно
умирал:
Сто
дней не ел; хирел да сох,
Сам над собой подтрунивал:
— Не правда ли, Матренушка,
На комара корёжского
Костлявый я похож?
— Странный, не правда ли? — воскликнула Лидия, снова оживляясь. Оказалось, что Диомидов — сирота, подкидыш; до девяти лет он воспитывался
старой девой, сестрой учителя истории, потом она
умерла, учитель спился и тоже через два года помер, а Диомидова взял в ученики себе резчик по дереву, работавший иконостасы. Проработав у него пять лет, Диомидов перешел к его брату, бутафору, холостяку и пьянице, с ним и живет.
«Мне тоже надо сделать выводы из моих наблюдений», — решил он и в свободное время начал перечитывать свои
старые записки. Свободного времени было достаточно, хотя
дела Марины постепенно расширялись, и почти всегда это были странно однообразные
дела:
умирали какие-то вдовы,
старые девы, бездетные торговцы, отказывая Марине свое, иногда солидное, имущество.
Мосолов
умер в 1914 году. Он пожертвовал в музей драгоценную коллекцию гравюр и офортов, как своей работы, так и иностранных художников. Его тургеневскую фигуру помнят
старые москвичи, но редко кто удостаивался бывать у него. Целые
дни он проводил в своем доме за работой, а иногда отдыхал с трубкой на длиннейшем черешневом чубуке у окна, выходившего во двор, где помещался в восьмидесятых годах гастрономический магазин Генералова.
Между тем вокруг все старелось и ветшало. Толпа
старых слуг редела; одних снесли на погост, другие, лежа на печи, ждали очереди.
Умер староста Федот,
умер кучер Алемпий, отпросилась
умирать в Заболотье ключница Акулина; девчонки, еще так недавно мелькавшие на побегушках, сделались перезрелыми
девами…
„Куда, говорит, сестру
девала?“ Замучил старуху совсем, так что она, и
умирая, позвала его да и говорит: „Спасибо тебе, ваше благородие, что меня, старуху, не покинул, венца мученического не лишил“. А он только смеется да говорит: „Жаль, Домна Ивановна, что
умираешь, а теперь бы деньги надобны! да куда же ты,
старая, сестру-то
девала?“
«Ой, говорят,
умру! эка штука: бывало, в два
дни в Волочок-от не доедешь, а теперь, гляди, в девять часов, эко место уехали!» А они, смею вам объясниться, в
старой вере состоят-с!
Так гласит песня; но не так было на
деле. Летописи показывают нам Малюту в чести у Ивана Васильевича еще долго после 1565 года. Много любимцев в разные времена пали жертвою царских подозрений. Не стало ни Басмановых, ни Грязного, ни Вяземского, но Малюта ни разу не испытал опалы. Он, по предсказанию
старой Онуфревны, не приял своей муки в этой жизни и
умер честною смертию. В обиходе монастыря св. Иосифа Волоцкого, где погребено его тело, сказано, что он убит на государском
деле под Найдою.
Майданов дал мне адрес Зинаиды. Она остановилась в гостинице Демут.
Старые воспоминания во мне расшевелились… я дал себе слово на другой же
день посетить бывшую мою «пассию». Но встретились какие-то
дела: прошла неделя, другая, и когда я, наконец, отправился в гостиницу Демут и спросил госпожу Дольскую — я узнал, что она четыре
дня тому назад
умерла почти внезапно от родов.
Дело грозило большими запутанностями и неприятностями, как вдруг
старый барин
умер.
В тот же самый
день, когда в
Старом Городе таким образом веселились, далеко, в желтой каморке ссыльного протопопа, шла сцена другого рода. Там
умирала Наталья Николаевна.
Как бы то ни было, новый тип народился. Это тип, продолжающий
дело ветхого человека, но старающийся организовать его, приводящий к одному знаменателю яичницу, которую наделал его предшественник.
Старый"ветхий человек"
умирает или в тоске влачит свои
дни, сознавая и в теории, и в особенности на практике, что предмет его жизни… фью! Новый"ветхий человек"выступает на сцену и, сохраняя смысл традиций, набрасывается на подробности и выказывает неслыханную, лихорадочную деятельность…
Вот, кажется, и все лица… Да! забыл: Гаврила очень
постарел и совершенно разучился говорить по-французски. Из Фалалея вышел очень порядочный кучер, а бедный Видоплясов давным-давно в желтом доме и, кажется, там и
умер… На
днях поеду в Степанчиково и непременно справлюсь о нем у дяди.
«Беспременно этому
делу виноват «
старый оборотень»; умереть-то он
умер, как следует, по человеческому, а домишко-то свой не забыл, душа-то его черная по земле мечется, нет-нет, да и навестит
старое жилище, — рассуждали между собою соседи. — Так вот Ираиду видно грех и попутал, связалась с оборотнем, может он и вид мужа принял, и принесла дочку».
Калерия. У меня в душе растет какая-то серая злоба… серая, как облако осени… Тяжелое облако злобы давит мне душу, Варя… Я никого не люблю, не хочу любить!.. И
умру смешной
старой девой.
— Чтоб
старый твой приятель мог
умереть? — перервал с улыбкою Сурской. — В самом
деле, это невероятно!
Милорадович тотчас потребовал нотариуса; но когда тот пришел, он думал, думал — и сказал наконец: «Ну, братец, это очень мудрено, ну, так все как по закону следует, разве вот что — у одного
старого приятеля моего есть сын, славный малый, но такая горячая голова, он, я знаю, замешан в это
дело, ну, так напишите, что я,
умирая, просил государя его помиловать — больше, ma foi, ничего не знаю».
Я брожу, как тень, ничего не делаю, печенка моя растет и растет… А время между тем идет и идет, я
старею, слабею; гляди, не сегодня-завтра заболею инфлуэнцей и
умру, и потащат меня на Ваганьково; будут вспоминать обо мне приятели
дня три, а потом забудут, и имя мое перестанет быть даже звуком… Жизнь не повторяется, и уж коли ты не жил в те
дни, которые были тебе даны однажды, то пищи пропало… Да, пропало, пропало!
Стал такой говор, а тут к
делу подоспел другой пустой случай: стало у коров молоко пропадать… Кто этому мог быть виноват, как не ведьма; а кто еще бтльшая ведьма, как не
старая Керасивна, которая, всем известно, на целое село мару напускала, мужа чертом оборачивала и теперь пережила на селе всех своих сверстников и ровесников и все живет и ни исповедоваться, ни
умирать не хочет.
Вскоре по приезде Шушерин заразился ею и
умер в шестой
день; в этот же
день Надежда Федоровна, ходившая за
старым своим другом неусыпно, потеряла употребление языка, впала в нервную горячку и
умерла через пять недель…
— Давайте выпьем, — сказал он, наливая водки себе и Подгорину. — Мы,
старые студенты, умели и выпить, и красно говорить, и
дело делать. Пью за ваше здоровье, дружище, а вы выпейте за здоровье
старого дуралея-идеалиста и пожелайте ему, чтобы он так идеалистом и
умер. Горбатого могила исправит.
— Отчего! Привычка
старого холостяка, и там мы не жили никогда в одной квартире. Я только теперь, здесь, в какие-нибудь три
дня, распознал, до какой степени мне эта женщина чужда после десятилетнего сожительства. И она меня не любит, а сюда прилетела, испугавшись, что я
умру, похлопотать о завещании или обвенчаться со мной « devant un pope russe»!
—
Умерла она странно. В один прекрасный
день входит к ней муж и говорит, что недурно бы к весне продать
старую коляску, а вместо нее купить что-нибудь поновее и легче, и что не мешало бы переменить левую пристяжную, а Бобчинского (была у мужа такая лошадь) пустить в корень.